На главную Все материалы Хулиномика. Глава III

Хулиномика. Глава III

44
0

Глава 3
Директор? Да пошёл ты в жопу, директор!
Проблема доверия существовала примерно всегда. В корпорации один из
главных затыков — взаимоотношения между акционерами и менеджерами. Это
причина того, почему сам Адам Смит корпорации недолюбливал. Он плакался:
«Будучи управляющими не своими, а чужими деньгами, менеджеры вряд ли
будут относиться к ним так же ревностно, как к деньгам предприятия, в
котором все партнёры работают и приглядывают друг за другом».
Через 150 лет после этих слов произошла фундаментальная перемена.
Акции американских предприятий стали очень широко распылены. Частные
собственники практически потеряли возможность влиять на управление
компаниями. В таких условиях контроль стал перетекать к директорам или
менеджерам, которые путём подлых махинаций создавали схемы вечной
непотопляемости своих постов, даже если у них была лишь малая доля акций.
В той или иной мере проблема существует и сейчас.
Это начало феномена под названием «управленческий капитализм».
При Адаме Смите такого не было! Акционеры тогда владели предприятиями, и
проблема доверия находилась в русле ответственности директоров. Но во
второй половине 20-го века она переросла в возможность личного обогащения
менеджеров при полном, сука, соблюдении закона. Для этого применялись
всевозможные ухищрения; но самое очевидное, конечно, это выплата друг
другу ебанистических бонусов.
3.1. Кресло со встроенным парашютом
Совращённые менеджеры-капиталисты расплодились и окрепли.
Множество гендиров провозгласили себя и председателями совета директоров,
а места в советах распределили между своими подельниками и шестёрками.
Случилось страшное: в советы директоров проникли фиолетовоголовые
главбухи и сраные менеджеры по продажам. Вместо того чтобы задавать
компании стратегические цели и контролировать ушлых менеджеров, советы
превратились в жалкое подобие изначально чинных и благородных тусовок.
Менеджеры просто-напросто перестали работать на акционеров, а стали
работать исключительно на себя. Увеличение акционерной стоимости
компании? Зачем, когда можно выписать себе премию? Если рынок упал на
10%, а компания — лишь на пять, можно это отпраздновать и рассказать всей
отрасли, какой в компании гениальный директор. В книге «Фрикономика» был
отличный пример из кинобизнеса: издатель нанимает нового директора, и
компания начинает выпускать один блокбастер за другим. Никому не приходит
в голову, что все эти фильмы делались при предыдущем руководителе,
которого с позором уволили за фейлы, заложенные его предшественником. Да
и вообще большой вопрос, действительно ли руководитель влияет на прибылькомпании или это у буржуев так заведено — верить во всякую, извините за
выражение, хуету с галстуком.
Ну вот, управленческий кризис-таки разразился, и некоторые владельцы
начали беспокоиться, что менеджеры вконец обнаглели. Советы директоров
General Motors и IBM стали планомерно увольнять охуевших руководителей, а
внезапно проснувшийся американский регулятор прояснил обязанности
советов. Крупные институциональные инвесторы начали давить на советы, и
возникло целое движение за чистоту корпоративного управления.
Идеи съезда партии были такие:
● большинство директоров должны быть независимы;
● председатель совета директоров и управляющий (по-нашему,
генеральный) директор — это должны быть разные люди;
● ключевые комитеты (например, наблюдательный) должны состоять
исключительно из независимых директоров — т.е. не сотрудников
компании;
● надо избавляться от золотых парашютов;
● надо более чётко прописать возможности покупки акций компании и
исполнения менеджерами своих опционов.
3.2. Рейдерство, основанное на принципах
Тем не менее, акционеры и сейчас бывают так распылены, что у них нет
никакого контроля над компанией, а советы директоров много где
превратились в самовоспроизводящиеся механизмы: одни и те же люди
назначают друг друга директорами, получают циклопические зарплаты за
«наблюдение», «консультирование», «представление интересов акционеров» и
нихера при этом не делают.
В Америке есть такой чел, Карл Айкан, он считается крутым
корпоративным рейдером, но не совсем в том смысле, как у нас. То есть, он не
фээсбэшный ублюдок, а просто угарный чел с принципами. И он сделал
карьеру на разрушении таких вот пидорских самовоспроизводящихся советов
директоров.
На бычьем (растущем) рынке много денег зарабатывается на кредитном
плече. Понятно, что в кризис это всё отзывается очень больно. И в 1962 году
Айкан просрал абсолютно всё, даже выигрыши в покер. Очередная модная
тёлка ушла в тот день, когда банк забрал его тачку. Потом он восстанавливал
капитал, торговал на бирже, занимался безрисковым арбитражем — тогда это
было куда проще, без компьютеров и хедж-фондов: конкурентов было мало.
Сейчас он примерно тем же и занимается. Покупает акции компаний,
которые стоят дешевле, чем активы этих компаний. Смотрит, почему фирма
оценивается так дёшево; чаще всего это из-за дебилов в управлении. Выкупает
доляну в этой конторе и ломится туда всё менять.
Он пишет, что крайне мало людей понимают, насколько плачевно
обстоят дела в этих советах. Там просто пиздец какой-то творится. Надеяться не
на кого, ответственность никто на себя не берёт, никакой демократии и представительства акционеров, вокруг одни гомосеки и педофилы. И Карл об
этом постоянно твердит, за что его все эти менеджеры дико ненавидят.
Как раз по этой причине и он заработал свои миллиарды — он просто
ставил хорошего управленца вместо имеющихся придурков. Сразу меняется
структура, урезаются расходы на всяких пидарасов, увольняются все лентяи и
мудаки, и компания как по волшебству начинает приносить прибыль. Остаётся
только научиться находить такие конторы, где есть активы, персонал, бренд,
технологии, — и ужасное управление.
3.3. Коричневые директора
Америка, по его мнению, управляется из рук вон плохо. Полный
антидарвинизм и холокост. Самые умные, самые лучшие люди никогда не
попадают в советы директоров. А кто попадает?
Сперва будущий директор поступает в приличный институт и становится
председателем студсовета или какой-нибудь похожей шняги. Он неплохой
парень, даже нормальный иногда, всегда готов поддержать, всегда сидит в
столовке или в клубе. Если у тебя плохое настроение, чот приуныл, тёлка ушла,
завалил экзамен, курсовая стёрлась — ну, в общем, херня произошла какая-
нибудь, там тебя ждёт этот чел. Вы с ним берёте пива, играете в пул,
перекидываетесь парой слов — ну да, тёлка ушла, ещё и ноут спиздили, денег
нет, всё как всегда — короче, тупая беседа ни о чём. Понятно, что он всем
нравится — потому он и председатель студсовета. Но работает-то он когда? Он
никогда никому не мешает, никогда никого не обижает, никогда не блещет
интеллектом. Он такой хороший парень. Он начинает делать карьеру, чётко
лавируя и подлизывая задницы. Он умеет общаться с людьми, не раскачивает
лодку. Никогда не предлагает сногсшибательных идей (чтобы не сшибить
никого с ног, ха!), не подсиживает начальника, поэтому и двигается по
карьерной лестнице — его не боятся ставить под себя. Никто на него особенно
не рассчитывает, но он и никому не мешает. Он удобный. Если у него возникает
гениальная идея, он держит её при себе, ведь иначе его могут уволить.
Поэтому у него вырабатываются вполне конкретные качества — он
приятный, политически ловкий, выживальщик, и он не представляет угрозы. И
годам к 50 он добирается до самого верха. Это и есть черты современного
американского директора, за редким исключением. Он не ерошит перья, не
расстраивает совет директоров. Он растёт-растёт и дорастает до зама
генерального. Ну а генеральный — он точно такой же мудила. Ему не нужна
угроза подсиживания, и он выживальщик. Он никогда не сделает вторым
номером человека умнее себя. Поэтому зам оказывается всегда тупее
руководителя. И наш приятель становится замом. Он всем нравится, а потом
гендир уходит на пенсию и наш бывший председатель студсовета делается
генеральным. И — загадка! — кого же он назначит своим замом? Да такого же
мудака, только ещё тупее. Потому что ему тоже не нужен соперник.
Так несколько раз, и глядишь — огромной компанией управляет полный
кретин. Большинство из нынешних менеджеров должны быть отправлены в печь сейчас же. Ну ладно, если уж совсем честно, некоторые из них ещё более-
менее, но заняты они вполне конкретным делом — они накачивают свою
репутацию, свои связи. Строят себе королевское окружение и создают эффект
непотопляемости. Они прилагают все усилия, чтобы остаться в кругу топ-
менеджеров, первым делом после найма выпрашивают себе золотые
парашюты, и поэтому положиться на них нельзя. Они не думают о компании,
они думают о себе. Это как если б ты ходил в школу, а контрольных там не
было. И пока не наступит конец года, никто не понимает, выучил ты что-то или
яйца чесал всю дорогу.
И настоящих выборов топа тоже нет. Поэтому и убрать их очень трудно,
даже если у вас есть какие-то голоса в совете директоров — они все друг за
друга цепляются, потому что знают — рука руку моет. Одного ты поддержишь в
совете, он тебя поддержит в другом совете. Поэтому они создают такие уставы,
что их хер уволишь. А талантливые ребята туда пролезть никак не могут. В
итоге нынешние гендиры получают свои космические зарплаты и не думают о
компании — долгосрочный рост прибыли для акционеров их не особо
интересует.
Ну ладно, это я, конечно, преувеличил. Но не очень сильно. Таков уж
исторический цимес. США развиваются довольно бодро, последние 25 лет
прямо в масле катаются. Глобальная экономика росла, инвестиции росли, они
получали дешёвые товары из Китая, а низкие (даже падающие) цены при этом
сдерживали инфляцию. Говоря простым языком, при низкой инфляции
ФедРезерву — пендосскому ЦБ — в макроэкономическом плане ничего не стоит
печатать новые доллары. Он их и печатал путём выпуска долговых расписок,
как с неподдельным — но от того не менее дебильным — ужасом рассказывал
наивный фильм ZeitGeist.
США выступили в роли огромного таза с бухлом. Амеры пировали и
мощно выжирали из таза, ЦБ в него вливал, а остальной мир с радостью
принимал за свои товары американские доллары. Все думали, что Америка —
это круто. Будто вы приехали из перди и видите, что в городе живёт
припеваючи одна крутая семейка. Лежат все вокруг бассейна, жрут и бухают из
этого таза, у всех огромные тачки и часы как у Патриарха Всея Руси. Остальной
город вкалывает на фермах, заводах и подвозит добро этой семье — еду,
одежду, мебель, всё. А семейка эта всем раздаёт только красивые долговые
расписки и ничего не делает — только с жиру бесится.
Вероятно, в какой-то момент какой-нибудь житель города скажет, что
распиской сыт не будешь. США находятся именно в такой ситуации — платят за
дешёвые товары напечатанными долларами. Но нельзя забывать, что у нашей
семейки лучшие преподаватели, лучшие технологии, лучшие компьютеры и
лучшие умы, а семейка самая богатая во всём городе. Кроме того, очень трудно
сказать «мне больше не нужны ваши расписки» семейке с пятью авианосными
группировками, мощь которых превосходит военно-морские силы всех
остальных, вместе взятых. Сами понимаете — когда речь идёт о чести семьи,
вопрос о деньгах неуместен.

3.4. Зарплаты топов
Тем не менее, в корпоративных финансах большие проблемы. Топы
зарабатывают в сотни раз больше рядовых сотрудников. Совершенно
очевидно, что никакой гена столько не стоит. Это всё потому, что акционеры в
реальности не голосуют — им просто-напросто всё похер. Я напомню, что
основные владельцы ценных бумаг в мире — это организации, а не люди. А
фонды не голосуют против горе-менеджеров. Но такие борзые ребята, как Карл
(КАРЛ, Карл!), любят внезапно вонзить вилку в жопу зажравшимся топам и
выгнать их на мороз. Он себя гордо называет «корпоративным активистом», ну
такой йыхний Навальный с кучей бабла. Интересный кадр.
Надо, правда, указать разницу между директорами и фондовыми
управляющими. Управляющие хедж-фондами иногда обыгрывают рынок,
потому что лучше, чем обычные люди, понимают, как устроен мир (ну, или им
просто везёт). Всем было бы лучше, если бы цены на активы были ближе к
своим реальным значениям, или хотя бы стремились к ним на протяжении
времени — чем мотались бы как говно в проруби. Если бы хедж-фонды сделали
рынок абсолютно эффективным, всем стало бы заебись (кроме самих хедж-
фондов — ведь тогда бы они не смогли зарабатывать). В этом смысле биржевые
трейдеры помогают сделать мир чуточку лучше.
Есть у них и ещё один плюс. Большие хедж-фонды — инвесторы очень
активные. Там высокая конкуренция и управляющие постоянно под
прессингом рынка — надо зарабатывать для инвесторов деньги. И их
космические зарплаты получаются исключительно из прибыли фонда — это
прямой результат их действий по зарабатыванию денег клиентам, а не какой-то
тайной договорённости и подковёрных интриг.
А вот если посмотреть на зарплаты и бонусы нефинансовых компаний
(услуг, промышленности и т.д.), выясняется, что директора топ-500 мировых
корпораций получают полные компенсационные пакеты, даже если их
увольняют — кроме обнаружения явного мошенничества. То есть они могут
работать херово, но деньги получат всё равно. Уроды.
3.5. Как заарканить правильного управленца
Есть, конечно, и годные схемы вознаграждения. Посмотрим на
компанию AIG. В свои лучшие годы, а это примерно 10 лет назад, это была
самая большая страховая компания в мире, с большим отрывом от
преследователей. Её капитализация доросла аж до 200 миллиардов долларов
— это с 300 миллионов при размещении акций! — и в 2005-м AIG стала одной
из самых крупных компаний мира.
У основателей было несколько занятных принципов. Во-первых, ни
одному управленцу никогда не платили больше 1 миллиона долларов в год. Во-
вторых, ни у одного управленца не было контракта. Ты работал в компании,
потому что любил эту работу и хотел этого. Сравните с неразрывными
контрактами Сечина (50 млн долларов в год) и Миллера (25 млн долларов в

год), которые управляют далеко не самыми большими и уж точно не самыми
эффективными компаниями мира.
А за что люди любили работу в AIG? У управленцев были показатели:
например, рост на 15% в год; и они их регулярно достигали. Основатели
придумали структуру из своих собственных активов, когда их частные фирмы
выделяли управленцам акции AIG за определённые достижения. Каждые два
года, если цели выполнялись, некоторое количество акций откладывалось в
дальнюю тумбочку. Но достать их оттуда можно было, только уходя на пенсию!
Вместо золотого парашюта — золотые наручники. Если ты увольнялся,
твои бонусные акции оставались у основателей. И через несколько лет работы
этот бонус становился так велик, что крайне мало людей покидали компанию.
Прекрасный пример правильной мотивации. При этом миноритарные
акционеры ничего не теряли, всё оплачивалось основателями. Но рост
компании доставался всем.
Сейчас всё больше применяется более гуманный метод, называется
«вестинг». Акции ключевым сотрудникам выписываются каждый год (в виде
бонуса), но вот процесс получения растягивают на несколько лет. То есть,
например, получил ты бонус в 12000 акций. Но сразу на счёт тебе переводят
лишь 4 тысячи, ещё треть — через год и остаток через два года. Если ты
уходишь из компании до этого срока, то остаток твоего бонуса остаётся в
конторе. Следующий годовой бонус распределяется точно так же, то есть
постоянно какая-то (довольно значительная) часть твоего бонуса висит, и
получить её на руки можно, только поработав в компании ещё несколько лет.
3.6. Банки-проказники
Корпорации часто используются и во всяких хитроумных схемах. Бывает,
что юрлицо требуется лишь как склад собственности, чтобы служить залогом
под выпуск ценных бумаг. У таких образований может вообще не быть
сотрудников, и учредитель у них только один — инвестиционный банк
Моргана, Голдмана или ещё какого-нибудь Ротшильда1
. Тут идея о том, что
корпорация — это нечто, действующее от лица группы людей, вообще теряет
смысл. Казалось бы, необязательно применять именно эту организационную
форму. Так зачем же это делается? С одной подлой целью: ограничить
ответственность создателя. Акционер ведь не отвечает по долгам корпорации!
Это, естественно, открывает широчайшие возможности для
мошенничества. Например, в скандале с компанией Enron выяснилось, что
множество подконтрольных ей юрлиц скрывали огромные долги основной
компании. Или во время ипотечного кризиса в США, когда обнаружилось, что
наслоение производных финансовых схем («СиДиО», я с них начал книгу)
значительно усилило эффект домино.

1
Вижу, что не Иванова.

3.7. Не так страшно юрлицо, как его малюют
Пора закрыть тему корпораций и назвать основные черты современной
акционерной компании.
1. Каждый владеет долей общака. У владельцев есть акции, которые
дают им право на долю от прибыли компании. Владельцев может быть очень
много — например, у «Газпрома» после приватизации их было чуть ли не
полтора миллиона, а сейчас несколько сотен тысяч. Передохли, видать. Акции
эти можно свободно загнать соседу, а не как с долей в ООО (сначала
предложить основателям).
2. Юридическое лицо с геной, главбухом и счётом в банке. Корпорация
— это такое искусственное существо с определёнными правами и
обязательствами. Например, у публичной компании есть обязательство
раскрывать все доходные темы, владельцев и чо кому она должна.
3. Совет директоров. Каждая корпорация должна создать совет
директоров (типа депутатов — со всеми вытекающими), который будет
представлять всех акционеров. Совет уже назначает, кому тянуть лямку
директора, и следит, чтоб со столов не пиздили канцтовары.
4. Пацаны по долгам конторы не отвечают. Долги корпорации — это
не долги её владельцев, и потерять они могут лишь то, что вложили в акции
компании, и не более того.
На этом всё. Поздравляю, мой дорогой читатель. Теперь ты —
специалист по корпоративному праву. Пора узнать правду об акциях.

Хулиномика. Глава II ТУТ

Админа ждем ЗДЕСЬ!

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Введите текст комментария
Введите ваше имя