На главную Все материалы Сырые недочеты

Сырые недочеты

16
0

Законопроект «О деятельности по взысканию задолженности» оказался «сырым»
8 октября 2015 года в Государственной Думе прошел круглый стол «Общественные обсуждения закона о коллекторской деятельности». На нем эксперты обсудили законопроект Правительства о деятельности по взысканию задолженности. Мнение большинства спикеров: нормативный акт «сырой» и нуждается в серьезной доработке.

В начале лета 2015 года Совет Безопасности РФ признал коллекторов, использующих противоправные действия взыскания, угрозой для страны. «За первое полугодие 2015 года в органы внутренних дел поступило порядка 22 тыс. сообщений граждан о применении в отношении них тех или иных неправомерных действий со стороны лиц, пытающихся взыскать задолженность. В 2014 году эта цифра составляла всего 9 тыс… Большинстве случаев заявления поступали от граждан и касались неправомерных действий со стороны лиц, которые представляются работниками коллекторских агентств» — об этом сообщила выступая на круглом столе главный эксперт-специалист ГУОООП МВД России Виолетта Айсина. Вот только «доля возбужденных уголовных дел ничтожно мала: за два года эта цифра составила всего 265 уголовных дел» — призналась она.

Представители МВД объяснили такой парадокс тем, что часть правонарушений остается безнаказанными из-за их незначительности и нежелания заниматься ими участковых и сотрудников полиции. Например, телефонные звонки в ночное время или угрозы в адрес должников без их реализации. Еще одна проблема — проблема доказательства самого факта правонарушения.
Мы пойдем другим путем
15 сентября 2015 года на федеральном портале проектов нормативных правовых актов regulation.gov.ru. был опубликован законопроект Минэкономразвития РФ «О деятельности по взысканию задолженности».

До середины ноября 2015 года законопроект будет проходить процедуру общественного обсуждения и получения заключений от профильных ведомств. Высока вероятность того, что в начале 2016 года он будет внесен в Государственную Думу и будет принят.

Вот только текущий вариант законопроекта вызвал критику не только со стороны крупнейших коллекторских агентств и банков, но и тех, кого сложно заподозрить в симпатиях к профессиональным взыскателям — Роспотребнадзора и правозащитников, а так же тех, кто традиционно сохранял нейтралитет. Например, Минфина и Федеральной службы судебных приставов.

Открывая заседание круглого стола, заместитель председателя комитета Государственной Думы по экономической политике Виктор Климов отметил, что в законопроекте есть «масса вопросов и масса развилок, про которые сегодня, я думаю, что имеет смысл поговорить».

По мнению спикера — один из серьезных недочетов: с одной стороны, под действия данного закона попадают не только участники финансового рынка (банки, МФО и КПК), но и, например, управляющие компании из сферы ЖКХ и операторы сотовой связи. «Кто и каким образом должен осуществлять за вот этой процедурой взыскания надзор?» — спросил он. Другой недочет: не отражена роль СРО (саморегулирующих организаций), хотя они могли бы сыграть положительную роль в наведении порядка в сфере взысканий. Третий недочет: не определено кто должен осуществлять надзор над профессиональными взыскателями. С одной стороны, это должен быть ЦБ — «по логике того, что это какая-то финансовая процедура». С другой стороны, как-то странно, если в сферу надзора финансового мегарегулятора попадут «сотовые операторы и управляющие компании, и это, наверное, не очень логично, ну, по крайней мере, с позиции банков».

Роспотребнадзор против
Начальник управления защиты прав потребителей Роспотребнадзора Олег Прусаков озвучил официальную позицию своего ведомства: «мы считаем, что законопроект в этом виде нами поддержан быть не может». Спикер объяснил основные причины такого решения.

Во-первых, в законопроекте «определение, которое дается задолженности, оно, на мой взгляд, абсолютно несостоятельно, потому что оно приравнивает задолженность к обязательству». И объяснил, что «это как минимум, должно быть, наверное, либо неисполненное в срок обязательство, либо там просроченное обязательство, но никак не обязательство».

Во-вторых, нет четкого определения должника и кредитора. «Отсюда возникают иные вопросы, в том числе и по определению, что такое взыскание задолженности» — рассказал спикер.

В-третьих, законопроект вводит два совершено самостоятельных субъекта: взыскатель и профессиональный взыскатель. Правда, «при этом вводит требование к деятельности взыскателя по организации взыскания, но при этом ничего не говорит о том, насколько эти же принципы и правила распространимы на профессиональных взыскателей». По его мнению юридически не выверено определение профессионального взыскателя.

В-четвертых, есть ряд субъектов, которые могут быть признаны взыскателями, но при этом их деятельность регулируется другими законами. Например, адвокаты.

В-пятых, кто будет осуществлять контроль за деятельностью взыскателей. Например, превысил последний или нет лимит телефонных звонков в сутки должнику или нет.

Не о том пишите
Заместитель директора Департамента финансовой политики Минфина РФ Сергей Платонов сообщил, что его ведомство концептуально поддерживает позицию Минэкономразвития. Правда, только по причине того, что специальное регулирование рынка сферы взысканий необходимо.
«Другое дело, что этот законопроект, по нашему мнению, должен быть именно направлен на специальное регулирование и уделение в нем достаточно большого объема таким пунктам, как: нельзя устраивать драки и отнимать, и портить имущество — выглядит, с нашей точки зрения, как-то странновато» — рассказал он. И пояснил: «получается, коллекторам нельзя, а всем остальным можно?».

Всего же объем замечаний, которые «носили больше технический характер и юридической техники» заняли «наверное, если я правильно помню, там порядка четырех страниц».
Мнение регулятора финансового рынка
Начальник Главного управления рынка микрофинансирования и методологии финансовой отчетности ЦБ РФ Михаил Мамута высказал свои замечания к данному законопроекту.

Во-первых, много вопросов вызывает норма, связанная с правом передачи на основании гражданско-правового договора, либо доверенности в части полномочий по взысканию на непрофессионального взыскателя, пусть даже не связанного непосредственно с взаимодействием. «Либо этим занимаются профессионалы, либо мы допускаем, что этим занимаются непрофессионалы» — пояснил он.

Во-вторых, вопрос непосредственного взаимодействия тоже заслуживает обсуждения. Например, «по телефону звонить и говорить человеку все эти плохие слова, вроде бы, нельзя. А по почте можно писать? Непонятно. Может быть, некоторые люди будут более эмоционально на письма реагировать. Может, они будут перечитывать».

В-третьих, не понятно, а как быть с поручителями? «Могут ли с ним работать непрофессиональные взыскатели? Или мы считаем, что его права должны быть отрегулированы таким же образом, которым отрегулированы права непосредственно заемщика» — задал он вопрос.

В-четвертых, спикер указал на то, что «мы (ЦБ РФ — прим. «Б.О») регулируем финансовые рынки, но мы не регулируем рынки там жилищно-коммунального хозяйства, сотовой связи». Поэтому непонятно, кто будет контролировать взыскателей. И добавил: «регулировать рынок ЖКХ мы не планируем, это факт».

Чьи интересы защищает законопроект
Заместитель директора департамента финансово-банковской деятельности и инвестиционного развития Миэкономразвития РФ Михаил Бештоев назвал две задачи (блока), которые должен решить данный закон.

«Первый блок — это то, чем именно, собственно, нарушаются права граждан; попытка формализовать те действия, которые, с нашей точки зрения, могут ущемлять права граждан и которые, с нашей точки зрения, должны быть подконтрольные и должны регулироваться.

Второй блок, это регулирование того поля, на котором работают взыскатели и, соответственно, профессиональные взыскатели» — сообщил спикер.

Вот только не все участники «круглого стола» были согласны с тем, что данные задачи удалось решить полностью.

Так, заместитель начальника правового управления – начальник отдела аналитической деятельности и совершенствования законодательства Федеральной службы судебных приставов Диана Шапиева сказала, что к данному законопроекту у нее ряд вопросов. Например, почему взыскания предусмотрены только с физических лиц, а нет юридических. Более важно то, что в данном проекте не определен механизм защиты интересов должников. В качестве примера она указала на закон «Об исполнительном производстве», где четко прописано, где у нас должник, какие действия может обжаловать, в какие сроки.
Советник президента АРБ Эльман Мехтиев согласен с тем, что данный законопроект недостаточно эффективно защищает заемщиков. «Я не понимаю, почему мы регулируем только потребкредиты, взыскания по ним, но когда Ростелеком добивает клиентов, пока ты не дослушаешь то, что они говорят, железная женщина, она будет звонить, и не один раз в день. То есть государству можно, государственной компании можно, а частному бизнесу нельзя».
Он указал так же на то, что этот нормативный акт ущемляет, напишем так, интересы кредитных организаций. Например, положение о том, что в течение первого месяца возникновения просрочки взыскатели не имеют права взаимодействовать с должниками. «Я прямо вижу, как придут банкиры, и скажут: давайте мы попросим Поздышева Василия Анатольевича (руководил департаментом банковского регулирования ЦБ РФ — прим. «Б.О»), чтобы он нам разрешил не формировать резервы, если в течение первого месяца мы не имеем права контактировать с тем, кто в просрочке. Я думаю, вы знаете, что скажет Симановский (первый заместитель председателя ЦБ РФ — прим. «Б.О») в ответ. Он скажет: «Вы, что? Резервы утром» и еще: «Почему вы не собираете эти просроченные задолженности?».

С ним согласен директор Национальной ассоциации профессиональных коллекторских агентств (НАПКА) Борис Воронин. Он указал на положение законопроекта, где вводятся ограничения на взыскания отдельных категорий граждан (беременных, старше определенного возраста, находящихся на лечение и др.). Во-первых, банк не может получить доступ к медицинским данным потенциального заемщика. Во-вторых, это порождает категории тех, кто официально может избежать процедуры взыскания. «А если мы завтра захотим расширить этот список неприкасаемых? Ну, там, скажем, государственные служащие. У них голова болит об экономике, так сказать, в кризисе, а их тут беспокоят о том, что у них долг какой-то образовался…». И добавил уже серьезно: «особенная оригинальность этого проекта, что ты в принципе не можешь понять, кого ты можешь беспокоить, а кого не можешь».

В результате кредиторам, как только они узнают, что заемщик находится в категории «неприкасаемых» придется действовать радикальными методами — сразу обращаться в суд, вместо того, что бы попытаться договориться с должником и, например, составить новый график обслуживания долга. «Кредитора подталкивают к тому, чтобы он как можно быстрее и как можно… пусть даже дорогой относительно процедурой судебного… обращения в суд… постарался взыскать долг с этого самого неплательщика. Такой у нас подход».

С тем, что в законопроекте содержится «определенный перекос и нарушение баланса интересов между интересами бизнес-сообщества и потребителями-гражданами» согласна руководитель практики банкротства и антикризисной защиты бизнеса юридической компании «Пепеляев Групп» Юлия Литовцева. «От недавно вступившего в силу закона о банкротстве, где мы видим, что кредиторам предоставляются определённые механизмы противостоять недобросовестным неплательщикам. Вот в этом законе, к сожалению, мы вообще не находим никаких ограничений, которые мы могли бы как-то поставить в рамки недобросовестных неплательщиков» — пояснила она.

Мнение правозащитника
Представители общественных организаций, которые занимаются защитой интересов заемщиков, так же высказали свои замечания по данному законопроекту. Например, председатель правления Финпотребсоюза Виктор Майданюк указал на то, что недостаточно проработан вопрос о том, кто может быть коллектором. «В законе прописано, что это человек, который не имеет судимости. С нашей точки зрения, этого недостаточно, и надо больше прописать по этому направлению».

Другое замечание спикера: «Законопроект, к сожалению, ничего не говорит о технологии и передаче долга от кредитной организации профессиональному коллекторскому агентству. На наш взгляд, эта процедура должна быть четко регламентирована, поскольку речь идет о формировании национального рынка долга».

Могло быть и хуже
Выступивший на круглом столе первый заместитель председателя Государственной Думы по бюджету и налогам Александр Тарнавский сообщил: «в Думе растет недовольство от того, что этот рынок не урегулирован или плохо урегулирован. И действительно нам, депутатам поступает много обращений от должников…», где последние жалуются на действия коллекторов. Следовательно, «…есть проблема, которую надо решать. Поэтому внесен ряд законопроектов, я знаю, Виктор Владимирович (Климов — прим. «Б.О») много времени этому уделил, группа депутатов, в т.ч. и я по факту внесли законопроект, который будет рассматриваться в декабре этого года. Суть его практически, ну, можно сказать, по большому счету, приостановить деятельность или остановить деятельность коллекторских агентств… Но вносили его, по крайней мере, как я присоединился к коллективу соавторов, с одной целью, мы не видим интереса или там сил не хватает у ЦБ, ну, других государственных органов навести здесь порядок».

Впрочем, он призвал присутствующих на мероприятие представителей коллекторского бизнеса и госорганов «объединиться и сделать тот компромиссный законопроект, который был бы нужен. Он был бы принят на основе балансов интересов государства, должников и вас, как профессионалов, если вы хотите этим бизнесом заниматься». Время покажет, будет ли реализован этот призыв. Ждать осталось недолго.
Источник- bosfera.ru

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Введите текст комментария
Введите ваше имя